«Рождество Твое, Христе Боже наш…»
Елена Чеснокова
На дворе – январь. Лёгкий морозец пощипывает щёки. С небесной высоты медленно опускаются снежинки, плавно кружась, и, ложась на плечи редких прохожих. Звонят к праздничной службе… Благовест, начинающийся по Уставу около 8-го часа утра, слышен далеко за пределами храма.
Рождественским Сочельником заканчиваются последние дни поста, преисполненные трепетным ожиданием пришествия в мир Спасителя. Этого ждут все: небо, земля, тварь, наши сердца. В Навечерие Рождества Христова совершаются Царские Часы, во время которых наряду с ветхозаветными пророчествами о Рождестве Христовом, звучат и слова евангельского повествования о великом событии…
На этих часах в кафедральном соборе Византии обязан был присутствовать сам Император, для того оставлявший все государственные дела. Россия восприняла традиции церковных служб от Византии, и наши благоверные государи неукоснительно следовали этому правилу.
Сейчас в России нет таких государей, но Царские Часы не престают быть таковыми. Ведь в храмах Своей благодатью присутствует Царь Небесный.
Последование часов, певаемых в навечерии Рождества Христова, совершается с особой торжественностью и служится при открытых царских вратах на середине храма, где на аналое полагается святое Евангелие. Уже в этих внешних особенностях заключается глубокий смысл, обращающий души и сердца молящихся к духовному содержанию праздника. Открытые царские врата знаменуют открывшееся нам в Рождестве Христовом небо, изнесение Евангелия на средину храма — сошествие Христа Спасителя на землю. Наконец, каждение фимиамом пред Евангелием напоминает о ливане и смирне, принесённых Христу волхвами. Издревле принято в этот день, встречая Христа, ради нашей чистоты телесной и духовной,соблюдать строжайший пост. До появления первой звезды вообще не положено вкушать никакой пищи. И только после её появления вкушается варёная пшеница (или другая крупа) с мёдом — сочиво (отсюда название праздника —Рождественский Сочельник).
С великого повечерия начинается всенощное бдение под праздник Рождества Христова, а вечерня соединяется с литургией святого Василия Великого.
К началу вечернего богослужения наш храм празднично украшен. Свежие еловые веточки наполнили воздух хвойным ароматом. На аналое – икона чествуемого события. Начало «всенощной» в 22.00 часа. Но уже в начале десятого у свечной лавки стали собираться предусмотрительные прихожане, чтобы не в спешке и без суеты написать записки, подать молебен, купить свечи. В запасе есть ещё несколько минут – можно приложиться к иконам и помолиться любимым святым, а главное – насладиться таинственной атмосферой этой, ни с чем не сравнимой, рождественской ночи. Воздух напоён тихой радостью о Новорождённом Богомладенце. Сердца человеческие вкушают мир и отраду, лица светятся от улыбок…
Праздник ещё не наступил, но вот-вот наступит… И ожидание его, начавшееся задолго до этого дня, при первых звуках рождественских ирмосов «Христос раждается, славите» достигло высшего предела. Душа затрепетала, ожидая рождение в мир Спасителя.
Весь ход приготовления к празднику — пост, предпразднство, навечерие — свидетельствует, что цель, к которой ведёт нас Святая Церковь, состоит в том, чтобы мы встретили Христа, приняли Его в своё сердце и поклонились Ему.
Пост – время, когда человеку предписано с особым вниманием относиться к себе – следить за чистотой своих мыслей, поступков, слов, чтобы в подобающем состоянии души приобщиться к великой радости Рождества Христова.
Но так уж случилось в истории нашей страны, что празднование Нового года приходится на последнюю неделю Рождественского поста. Фейерверки, шампанское, обильный стол, развлечения – и предрождественская собранность души, тихая молитва и умеренность в потреблении хлеба и зрелищ. Как разрешить это противоречие? Сейчас, когда идёт процесс воцерковления общества, подобный вопрос нередко встаёт перед людьми и требует ответа.
Светский (а лучше сказать, советский) Новый год вторгается в течение Рождественского поста, нарушая его мерность и мирность.
Непоследовательным представляется и обычай прежде подымать бокал шампанского и поздравлять с Новым годом, а затем встречать Рождество Того, от Которого, собственно, и ведётся нами летоисчисление.
Да и праздновать семейные праздники мы разучились. Все отдано на откуп телевидению, которое сильно опошлило нравы и огрубило вкусы. Сидение за столом по несколько часов, тяжёлая голова, пресыщенное чрево – и всё это на фоне современных пошловатых, брызжущих из телевизора шлягеров и попурри…
Не зря известный русский поэт Фёдор Иванович Тютчев сказал, что европейским общим аршином Россию измерить невозможно. И наша «особенная стать» в том и состоит, что мы призваны сохранять христианскую веру во всей ее изначальной целостности и чистоте.
Хотелось бы привести мудрое высказывание из Святых Отцов: «Что не в меру, то от лукавого» и напомнить слова замечательного подвижника XVIII столетия cвятителя Митрофана Воронежского, которого уважал и даже побаивался Петр Великий, введший празднование Нового года 1-го января:
«Мало яждь, воздержно пий — здрав будеши;
твори благо, бегай злаго – спасен будеши».
… Давайте же все мы тихо и благоговейно с пастырями вифлеемскими и волхвами персидскими войдём под таинственные своды той пещеры, где в воловьей кормушке почивает Богомладенец и Своими кроткими очами взирает на каждого из нас. Устремим на Него наш благоговейный взор, как дети на Отца, как творение на Творца, как ученики на Учителя. И пусть имя Христово будет всегда таинственно мерцать, как лампада в глубине нашей души!
Просмотров этой страницы: 60.